Пятница, 21.07.2017, 11:52
Домашний сайт кубанской семьи
Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас, Гость · RSS
Меню сайта
Наш опрос
Уважаемый посетитель, вы
Всего ответов: 12
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
 ХРОНИКА МОЕЙ СЕМЬИ - 5
 
Второе поступление
Мама довольно спокойно отнеслась к моему возвращению: не поступила в этом году, поступишь позже. А бабушка Сима, мне кажется, даже обрадовалась, что любимая внучка снова дома.
Юра у себя в колхозе «Красное Знамя» поступил на работу учеником токаря в ремонтные мастерские: через дорогу от дома.
День нормированный, обед всегда вовремя. Там же, в кузнице, работал его отец, Александр Лукич. Мне мама предложила посидеть зиму дома, подготовиться к экзаменам.
Но не так мы были воспитаны и родителями и государством: сидеть на шее матери и отчима здоровой семнадцатилетней девке не пристало.
Я решила выйти на работу. Но куда?
Поехала в Староминскую в редакцию районной газеты, общественным корреспондентом которой я была. Там мне предложили должность внештатного корреспондента, комнату в общежитии и работу на стройке.
И тут опять взбунтовалась мама:
-Стройка не для тебя! Это ветры, морозы, жара. Вон иди на ферму, если хочешь работать: крыша над головой всегда, тепло зимой и прохладно летом!
Делать нечего, я согласилась.
Таким образом, в моей трудовой книжке появилась первая запись: «Принята свинаркой отделения №2 Староминского зерносовхоза».
Потом там появились записи и о студенчестве, и про главного бухгалтера, и про заместителя генерального директора, и про преподавателя.
Но первая-свинарка! Время было такое. И я ни о чем не жалею: это дало такой жизненный опыт. Набрала я группу поросят-отъемышей (в возрасте 2 месяцев, только что отнятых от маток). В группе было 200 штук, располагались они в десяти станках (загородках) по 20 штук в каждой. При передаче поросят взвешивают.
И вот тут меня надули здорово: бригадир И. Пыдык, как потом выяснилось, приписал вес отъемышей для своей любовницы, то есть мне передали поросят меньшим весом, чем было записано в ведомостях. А через месяц моей работы, когда взвесили опять, оказалось, что поросята не только не прибавили, а даже потеряли в весе. И осталась я без зарплаты!
В то время ни Бога, ни черта не боялись, но вот печатного слова опасались.
Случилось так, что в отосланной в газету моей корреспонденции (я продолжала сотрудничать с газетой) одна фамилия была прописана неясно.
Но поскольку заметка оказалась актуальной, редактор поручил своим работникам разыскать меня и уточнить фамилию героини.
Раньше это делалось просто: звонили директору школы и меня вызывали с уроков: -Иваницкую к телефону вызывает редакция в кабинете директора! Причем, произносилось это нарочито громко (знай наших!)
 Дома у меня телефона не было, позвонили в приемную директора совхоза.
Там дали телефон фермы, где я работала.
Когда позвонили на ферму и сказали, что меня разыскивает редакция, И. Пыдык прибежал ко мне с выпученными (трус еще тот!) глазами, суетился вокруг меня, старался подслушать, о чем мы говорим. А после разговора сказал, заискивающе заглядывая мне в глаза (тьфу, всю жизнь ненавидела подхалимов!):
 -Я был в центральной конторе, выбил тебе ставку, так что зарплату ты получишь!
Это обозначало, что мне заплатят не за привес поросят, а фиксированную сумму ставки.
А я уже знала, что меня обманули при перевеске, поэтому сдержанно поблагодарила начальство и ушла от расспросов: о чем же мы могли говорить с редактором газеты?!
А наутро ферма гудела: Танька Иваницкая написала в газету про нашу ферму и про бригадира. Всю правду о нем выложила! Еле дождались газету.
А там всего-навсего написано про передовых свинарок, да о том, что у них поросята много гуляют, поэтому набирают вес.
Но меня зауважали, а бригадир стал побаиваться.
При следующей перевеске я не отходила от весов, все записывала и получила оглушающее - огромную зарплату!
А поросяток я тоже пасла.
Если вам скажут, что свиньи безмозглые твари, не верьте! Это умнейшие и чистоплотнейшие животные! Если в станочке убирать вовремя, то поросятки чистенькие: нужду справляют строго в одном углу, и в этом углу не ложатся на пол никогда. Спят на чистой соломе.
Рано поутру, когда осеннее солнце только-только поднимается, я выгоняла всю ораву в степь за поселок и пасла их.
Счастливое было время: я во всем видела хорошее:
 -Не учусь-хорошо, что не пошла учиться на нелюбимую профессию.
-Поросят пасу-отлично: воздух свежий, я могу распевать во все горло, на всю степь!
 И я пела, а поросята не разбегались, как можно было бы предположить: они очень хорошо подчинялись командам и просто паслись, а не бегали по степи.
 
 Так я отработала четыре месяца: вставала в 3 часа утра, шла на ферму, выгоняла поросят в загон, чистила станки, вывозила навоз, стелила свежую солому, ехала с подвесной тележкой на кормокухню, получала корма, привозила тележку (и не одну!) в корпус, а сама выгоняла стадо на пастбище. Возвратившись, разливала корма по корытам (а за стеной стоял оглушающий ор: поросята чуяли запах корма и рвались в станки), запускала проголодавшихся малышей и уходила домой.
Было где-то около 8 часов утра. Дома наскоро завтракала и валилась спать: ни на что сил не было.
К 11 часам шла на ферму, повторяла всю процедуру (кроме выпаса), домой возвращалась в 13 часов. Помогала что-то по дому, обедала, отдыхала.
К 17 часам – снова на ферму. Домой приходила в начале девятого вечера. Мылась, драилась (проклятый запах въедался даже в кожу!) и ждала Юрия.
Он приезжал каждый вечер на веломоторчике за 15 километров. Это если не было дождя. Мы гуляли до 12 часов. Потом он уезжал, а мне спать оставалось 3 часа.
Бабушка Сима очень переживала за меня, что я так тяжело работаю, что так рано встаю.
Но я была упрямой и решила не сдаваться, работать до вступительных экзаменов.
Когда зарядили осенние дожди, дорога через поля стала непроходимой, и мы перешли с Юрой на эпистолярный жанр-писали друг другу каждый день письма.
К четвертому месяцу работы мои поросятки выросли, стали огромными 6-месячными свиньями, которые могли сбить с ног, но ко мне они привыкли, слушались меня, ели хорошо, начали давать привесы, а эти привесы принесли мне, в свою очередь, хорошую зарплату.
Я приоделась, накупила себе книг.
И вот однажды меня в авральном порядке заставляют бросать работу, переодеваться и ехать к директору совхоза (4 км).
Захожу в кабинет директора, а Анатолий Сергеевич Феденко (по-моему, не перепутала имя, отчество) - огромный темноволосый человек мне с порога:
-Ты что на ферме делаешь?
 -Работаю -, робко отвечаю я.
 -И это наша знаменитая Иваницкая, которой я вручал аттестат и которой все желали стать журналисткой?! Почему не учишься?! Что, кроме тебя некому свиней управлять?!
Короче, не оправдывайся, а слушай меня внимательно: Нам пришла разнарядка послать на подготовительные курсы в Кубанский сельскохозяйственный институт двух человек. Вот, выбирай специальность-и протягивает мне красочный буклет КСХИ.
Я попросила разрешения взять буклет домой, посоветоваться с мамой. Только спросила:
-А можно мой одноклассник на мехфак поедет?
-Нет, у нас уже двое там учатся.. Нам нужны экономисты, бухгалтеры, зоотехники, агрономы.
 
Короче, я дала согласие на экономический факультет: там в экзаменах нет физики, которую я терпеть не могла (спасибо Нелли Ивановне!)
А сама зашла на почту и дала Юре срочную телеграмму с просьбой о встрече.
 Мы встретились в Староминской, я посоветовала ему обратиться к своему руководству с просьбой об учебе.
А через месяц мы уже учились на восьмимесячных (для нас бесплатных) курсах при КСХИ.
 
Кстати, ровно через 30 лет, в 1997 году, мы  поехали в гости к Юриной сестре Нине, которая живет в поселке Рассвет, где узнали, что директором совхоза снова работает Феденко А.С.
 И мы пошли к нему на прием.
За столом сидел седой, очень немолодой человек.
Мы поговорили, повспоминали.
Он меня узнал: -А, журналистка?
Поступив на подготовительные курсы,
мы с Юрой поставили себе  цель: студентами стать обязательно!
Поскольку любили друг друга сильно, расставаться даже на день было трудно: мы буквально болели друг без друга.
Но и отдаваться чувствам мы тоже не могли, иначе вся учеба могла полететь вверх тормашками!
И мы построили свой распорядок дня так.
Утром в семь часов утра встречаемся на углу улиц Алма-Атинской и Трудовой (мы там снимали квартиры), бегом (!) бежим до столовой (и время экономится и зарядка перед завтраком) кирпичного завода, завтракаем и спокойно идем домой, собираемся и идем в институт на занятия.
На курсах иногда встречаемся, обедаем, как придется (буфет, студенческая столовая), а вечером опять идем в столовую кирпичного завода.
После столовой расходились по своим квартирам, готовились. На свидания бегали только в воскресенье.
Такой вот драконовский регламент встреч!
Если бы его нам установил кто-нибудь, мы бы взвыли и запросили  пощады.
А тут жаловаться некому!
Компенсировали недостаток реального  общения письмами. Писали друг другу письма ежедневно.
А потом придумали «Сто сонных реплик»: так мы назвали блокнотик, в который записывали свои письма друг другу.
Курсы закончили успешно. К слову, свою любимую химию я узнала и полюбила еще больше!
Подали заявления на свои факультеты и стали готовиться к вступительным экзаменам.
Лето 1968 года было очень жарким. На квартирах ни у меня, ни у Юры не было кондиционеров, не было даже элементарных вентиляторов. Мы задыхались от духоты.
Решили готовиться  к экзаменам на берегу Кубани.
Делалось это так: с утра пораньше, по холодку, мы запасались сухим пайком на весь день, покупали квас в бутылках (тогда не было пластиковых, только стеклянные), забивали рюкзаки учебниками и отправлялись пешком на берег Кубани (благо, было не так далеко).
С утра народу на реке было мало, поэтому мы выбирали самые удобные, на наш взгляд, места: недалеко от воды и от кустов.
Опускали в воду на веревках квас, расстилали покрывала, раздевались до купальников и укладывались таким образом, чтобы тела были на солнце, а головы - в тени  кустов.
И учили. Время от времени окунались в воду, пили квас, перекусывали  и снова учили.
Мне надо было сдавать математику (письменно), химию и биологию, а также сочинение.
А Юре- математику, химию, физику и сочинение.
Таким образом, по математике и химии мы готовились вместе, проверяя друг друга, помогая друг другу.
Короче, мы набрали по 15 баллов из 15 (сочинение не учитывалось - лишь бы не двойка) и прошли конкурс, были зачислены студентами первого курса экономического и механического факультета Кубанского сельхозинститута.
Юра остался на старой квартире по улице Алма-Атинской, а я нашла себе другую, по переулку Тимирязева, рядом с учебным корпусом экономфака. Валентина Алексеевна Перепечаева работала вахтером в нашем учебном корпусе, а ее дочь Тамара училась со мной в одной группе.
Во дворе у Перепечаевых была времянка (летняя кухня, избушка и т.д.) на три койки, где мы и поселились  с двумя девочками: Людой Брылевой из поселка Рассвет (она была постарше меня) и девушкой с агрофака, не помню фамилии. Дополняю. Нашла я эту девушку в "Одноклассниках". Зовут ее Наташа Шиян.
Жили мы дружно, учились.
Юра к нам приходил регулярно в гости. И хозяйка и девчонки принимали его хорошо.
 
 
 
Copyright MyCorp © 2017
Вход на сайт
Поиск
Календарь
«  Июль 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31
Интересные сайты
  • Староминская
  • Староминская райадм.
  • Газета "Олекма"
  • Техникум
  • Инструкции для uCoz